Автор: Жазира Асанова, эксперт Qazaq Expert Club в сфере образования

В декабре исполнится семь лет со дня принятия Закона «О статусе педагога». Что за это время действительно изменилось для казахстанского учителя?

К счастью, сделано было немало. В 2019 году проблемы были вполне конкретными: низкая оплата труда, огромная отчётность и несвойственная работа. Педагогов привлекали к задачам, которые имели весьма отдалённое отношение к обучению и воспитанию детей.

По данным Министерства просвещения, с 2020 года зарплаты педагогов повысились в совокупности на 100%. Появились и расширились доплаты за квалификационную категорию, наставничество, академическую степень и другие виды работы.

Когда мы говорим о статусе педагога, чаще всего представляем школьного учителя. Однако закон распространяется также на педагогов дошкольного, технического и профессионального, послесреднего и дополнительного образования, специальных и специализированных организаций, методических кабинетов и центров.

При этом школьные учителя – самая многочисленная группа педагогов, а школа остаётся той частью системы, где изменения в статусе профессии особенно заметны.

Что говорят цифры?

В 2025 году ОЭСР опубликовала результаты TALIS 2024 – международного исследования условий труда учителей и руководителей школ.

82% казахстанских учителей считают, что их профессия ценится обществом. В среднем по странам ОЭСР так считают 22%. С 2018 года показатель Казахстана вырос на 18 процентных пунктов. Своей зарплатой довольны 71% учителей, для сравнения шесть лет назад таких было 39%. В целом удовлетворены работой 95%, а 78% начинающих учителей говорят, что преподавание было их первым профессиональным выбором.

При этом внутри страны мы всё ещё нередко говорим о профессии языком десятилетней давности: престиж низкий, молодёжь не хочет идти в школу, учителя недовольны. Было бы несправедливо не замечать произошедших изменений. Но столь же важно увидеть, какие вопросы остаются нерешёнными.

Педагога начали защищать законом

Закон «О статусе педагога» запретил привлекать учителей к несвойственной работе, требовать лишнюю отчётность, проводить не предусмотренные законом проверки и принуждать к приобретению товаров и услуг. 

В июне 2026 года отдельно запретили требовать ведения одних и тех же документов одновременно на бумаге и в электронной форме. За нарушение требований предусмотрена административная ответственность.
Уточнили и пределы ответственности за безопасность ребёнка: педагог или руководитель организации образования отвечает за происшествия с обучающимися в период выполнения профессиональных обязанностей.

В Законе «Об образовании» тоже появилась важная норма: родители обязаны уважать права и законные интересы педагога.
В сентябре 2026 года Министерство просвещения также подняло вопрос о правилах общения родителей с педагогами в мессенджерах.

Мы привыкли писать учителю вечером о домашнем задании или оценке, а в выходной спрашивать, что принести в понедельник. Но взаимодействие родителей и школы не означает круглосуточную доступность педагога.

Права можно закрепить в правилах и даже внести изменения в закон. Гораздо труднее изменить отношения внутри самой системы.

В школе учитель – не келін

За годы работы и поездок по регионам мне приходилось видеть разные школы. Я встречала сильные команды и молодых учителей, которые предлагают свежие идеи и отстаивают своё профессиональное мнение. Но встречается и другая культура отношений.
В некоторых коллективах профессиональная и семейная жизнь тесно переплетены. Педагог может оставаться келін по отношению к кому-то из коллег, и вместе с этой ролью в школу переходят семейные ритуалы, обязанности и привычная иерархия.

В самой традиции нет ничего плохого. Но школа – другое пространство. В здании образовательного учреждения учитель не келін. Она педагог. Профессионал. Здесь не должно иметь значения, кто кому родственник и кто старше по семейной линии.

И совершенно нормально, когда молодой учитель лучше разбирается в какой-то теме, чем директор. Нормально задавать вопросы, аргументированно не соглашаться и предлагать другой подход.

Доверие есть. Автономии меньше

По данным TALIS, 95% казахстанских педагогов говорят, что директор доверяет профессиональной компетентности учителей своей школы. 93% положительно оценивают отношения руководителя с коллективом. 90% считают, что могут рассчитывать на коллег.
При этом казахстанские учителя сообщают о меньшей автономии в преподавании, чем в среднем их коллеги в странах ОЭСР, а руководители – о более ограниченном участии педагогов в решениях по учебной программе, преподаванию и школьной политике.

Получается противоречие: при высоком уровне доверия и удовлетворённости работой пространство для самостоятельных профессиональных решений всё ещё можно расширять.

Современный класс слишком сложен, чтобы каждое действие учителя можно было описать инструкцией сверху. В одном кабинете могут сидеть дети с разным уровнем подготовки, языковой средой, темпом обучения и образовательными потребностями. 

Ни одно министерство не сможет написать инструкцию на каждый такой случай. В какой-то момент система должна сказать учителю: «Мы тебя подготовили, предъявляем к тебе высокие требования и именно поэтому доверяем твоему профессиональному решению».

Как профессия встречает будущих педагогов?

Важно не потерять молодых учителей. Формально в системе предусмотрено наставничество: за педагогом, впервые приступившим к работе в организации среднего образования, на один учебный год закрепляется наставник. Есть отдельные правила, а наставнику за эту работу полагается доплата.

Это правильная норма. Но вхождение в профессию не исчерпывается назначением наставника приказом. Очень многое молодой педагог понимает уже в первые месяцы: какие классы ему дали, сколько в расписании «окон», на кого ложатся дополнительные задачи. И есть ли человек, к которому можно прийти после неудачного урока и сказать: «У меня не получилось».
Если внутри коллектива действует принцип «ты молодой, значит, бери то, что осталось», никакое формальное наставничество этого не компенсирует.

И здесь мы снова возвращаемся к статусу, но уже не в глазах общества, государства или родителей, а среди самих педагогов.
Это особенно заметно на фоне других данных TALIS. С одной стороны, 78% начинающих учителей в Казахстане говорят, что преподавание было их первым выбором профессии. С другой – среди учителей младше 30 лет 22% допускают, что могут уйти из профессии в ближайшие пять лет. Средний показатель ОЭСР – 20%.
Поэтому мало привести молодого человека в школу. Важно ещё правильно его там встретить.

Наставничество должно означать профессиональное вхождение. Иногда отношение к самому молодому члену коллектива говорит о культуре организации больше, чем любые документы о статусе педагога.

Работать стало не проще. Работа стала другой

По данным TALIS, среди распространённых источников стресса казахстанские учителя называют ответственность за результаты учеников – 29%, проблемы с дисциплиной – 28% и административную работу – 25%.

Сегодня мало просто знать предмет. Нужно работать с разными детьми, давать обратную связь, развивать функциональную грамотность, взаимодействовать с семьёй, учитывать индивидуальные образовательные потребности и пользоваться цифровыми инструментами. К этому добавился искусственный интеллект.

Поэтому сокращение отчётности само по себе проблему не решит. Педагогу нужна профессиональная поддержка: хороший наставник, сильный методист, возможность увидеть работу коллеги, вместе разобрать сложную ситуацию и найти решение.

Следующий этап сложнее

Первый большой этап Казахстан прошёл. Повысилась оплата труда, появился отдельный закон, ограничили несвойственную работу и лишнюю отчётность, стали чётче границы ответственности педагога.

В опубликованном 29 сентября докладе Education at a Glance 2026 ОЭСР отдельно отмечает: сделать профессию привлекательной только за счёт оплаты и условий труда недостаточно. На удовлетворённость учителей влияют отношения с учениками, родителями и руководителями, школьный климат, профессиональная автономия и общественное признание.

Поэтому следующий этап – работа с профессиональной культурой. Насколько ценятся мнение, инициатива и компетентность учителя? Как встречают молодого специалиста? Где проходят границы между работой и личной жизнью? И насколько системе хватает доверия к педагогам?

Несколько лет назад Казахстану было важно защитить учителя от несвойственной работы, лишней отчётности и недооценённого труда. Сегодня пора двигаться дальше — не только защищать, но и доверять.

Между любой образовательной реформой и ребёнком всегда остаётся конкретный человек – учитель. Настоящий статус начинается тогда, когда мы видим в нём профессионала, а не удобного исполнителя.