Следует ли Казахстан общемировому тренду: приводит ли урбанизация приводит к сокращению сельского населения? Ситуацию разбирает эксперт Qazaq Expert Club по региональному развитию Фатима Герфанова.
По ее мнению, за общими демографическими показателями скрываются две разные реальности: сельское население южных регионов продолжает расти, тогда как на севере оно сокращается.
Казахстанские реалии
На первый взгляд Казахстан идет против мирового тренда. По прогнозу казахстанского Центра развития трудовых ресурсов, к 2050 году сельское население страны может вырасти с нынешних 7,4 млн до 8,2 млн человек.
«При этом юг и запад страны растут и в городах, и в сельской местности. Так, сельское население Туркестанской области к 2050 году должно увеличиться на 495 тыс. человек, Мангистауской – в 2,4 раза. В то же время север и восток сокращаются, причем не только в сельской местности. Так, Костанайская область может потерять до 52% нынешнего сельского населения. При этом ее города, как и города Северо-Казахстанской и Павлодарской областей, также будут терять жителей», – говорит эксперт.
За сокращением населения северо-восточных регионов, по ее мнению, стоят три фактора.
Первый – демографический. Эти области приняли значительную часть потока целинных переселенцев в 1950–1960-е годы, а затем столкнулись с серьезными миграционными потерями в 1990-е, когда жители уезжали в Россию и Германию. Сегодня нетто-коэффициент воспроизводства населения в Северо-Казахстанской и Костанайской областях уже ниже 1,0, то есть численность населения сокращается независимо от миграции, тогда как на юге этот показатель превышает 1,5–1,8.
Второй - экономический. Точное земледелие повышает производительность каждого гектара, но одновременно сокращает количество людей, необходимых для его обработки.
Третий - управленческий. Реальная финансовая самостоятельность сельских округов остается ограниченной, а недостаточно четкое разграничение полномочий между уровнями власти отмечается и в официальных правительственных документах.
«При этом прогноз по югу не учитывает факторы, лежащие за пределами демографии. Три четверти территории Казахстана находятся под нарастающим климатическим риском, ледники Тянь-Шаня с 1950 года потеряли около 30% массы, а сток по Иртышу в 2023 году снизился на 21,5%. Поэтому климатические и водные риски могут внести коррективы в демографический прогноз», – говорит Герфанова.
Она обращает внимание еще на один момент. Из сел Туркестанской области уже наблюдается усиливающийся миграционный отток. Однако пока рождается больше людей, чем уезжает, поэтому демографический баланс остается положительным.
Мир перестает делиться на город и село
В упомянутом выше докладе ООН используется новая методика по степени урбанизации. По ней территории делятся не на два, а на три типа: города с высокой плотностью населения, поселки и малые города, а также сельскую местность.
По этой методике мир оказывается урбанизирован сильнее, чем считалось раньше: 81% человечества уже живет в городах и поселках.
«Согласно докладу, свыше трети человечества живет в поселках и малых городах. Именно эта промежуточная категория становится связующим звеном между селом и большим городом. Там, где поблизости есть районная больница, школа, рынок сбыта для местной продукции и другие базовые услуги, отток населения из окружающих сел замедляется», - говорит эксперт.
По ее словам, для Казахстана это означает, что сеть малых и моногородов нуждается в таком же развитии, как Астана или Алматы. Ее значение легко недооценить, если рассматривать систему расселения через два полюса: «город» и «село».
Что будет происходить с картой расселения в Казахстане?
В Казахстане, по данным на середину 2026 года, насчитывается 6060 сел. При этом около 3550 сел объединены в сеть опорных, спутниковых и приграничных населенных пунктов, где инфраструктура поддерживается государством.
В этих селах живет около 93% всего сельского населения страны, хотя сама сеть охватывает лишь немногим больше половины всех сельских населенных пунктов. Это означает, что концентрация населения вокруг сельских центров уже произошла.
Фатима Герфанова добавляет: «Казахстанское село меняет логику существования по двум направлениям. Первое – экономический уклад. Товарное сельское хозяйство постепенно концентрируется в руках более крупных и технологичных игроков, тогда как новые возможности для занятости возникают в переработке, туризме, сфере услуг и цифровом контенте. Второе – форма расселения. Не все шесть тысяч нынешних сел сохранятся как самостоятельные и устойчивые населенные пункты, но и говорить об исчезновении казахстанского села было бы неверно».
Эксперт считает, что устойчивое ядро из нескольких тысяч опорных точек скорее всего сохранится и будет теснее связано с окружающими городами, тогда как малонаселенные территории продолжат терять жителей.
«У происходящей трансформации есть свое название в мировой науке о сельских территориях. С 1990-х годов исследователи описывают происходящие изменения понятием постпродуктивистского перехода – перехода от эпохи, когда сельская местность ценилась за то, что она производит, к эпохе, когда ценностью становятся ее аутентичность, образ и стиль жизни, которые становятся основой для туризма, локальных продуктов и контента. Для оседлой Европы такой переход во многом означал культурный разрыв. Для казахской степи этот разрыв может оказаться менее выраженным. Текущий переход, возможно, станет очередной адаптацией сельского уклада к новым экономическим и демографическим условиям», - заключает Герфанова.
Похожие материалы
