В 2025 году сельские населённые пункты 17 областей Казахстана покинули около 638 тысяч человек*. На первый взгляд может показаться, что эта статистика лишь подтверждает устоявшееся мнение о массовом переселении сельских жителей в крупнейшие города страны.
Однако такой вывод отражает ситуацию лишь частично. Прежде всего потому, что 638 тысяч человек — это общий объём выбывших, а не итоговое сокращение сельского населения. Для объективной оценки необходимо учитывать также количество прибывших, естественный прирост и общую численность жителей.
Кроме того, около 44% выехавших покидают пределы своей области, тогда как приблизительно 31% всех сельских мигрантов переезжают в Алматы, Астану и Шымкент.
При этом свыше половины мигрантов продолжают жить в пределах своего региона, а часть переселяется в населённые пункты, которые официально относятся к сельской местности, но фактически уже являются частью пригородных агломераций.
Поэтому сегодня важно отвечать не только на вопрос, покидают ли люди сёла, но и понимать, какие направления они выбирают и почему одним регионам удаётся удерживать население, тогда как другие продолжают его терять.
Анализ миграционных потоков показывает, что сегодня сельская миграция развивается по трём основным моделям.
Первая модель — переезд в крупнейшие города страны. В этом случае значительная часть жителей уезжает за пределы своей области, выбирая мегаполисы или соседние экономически развитые регионы. Такая тенденция характерна для Туркестанской, Акмолинской, Кызылординской областей и области Ұлытау.
Наиболее ярко эта ситуация проявляется в Туркестанской области. Из 135,3 тысячи жителей, выехавших из сельской местности, 61% переселились в другие регионы страны.
Основной поток направился в Шымкент, тогда как сам Туркестан привлёк лишь 3% сельских мигрантов. Это свидетельствует о том, что наличие статуса областного центра само по себе ещё не гарантирует высокой миграционной привлекательности.
Схожая картина наблюдается и в Акмолинской области. Здесь также 61% сельских жителей переезжают за пределы региона, а почти половина внешнего миграционного потока приходится на Астану. Несмотря на административный статус Кокшетау, столице он объективно уступает по возможностям трудоустройства, уровню доходов, образования и качеству услуг.
Вторая модель предполагает сохранение населения внутри региона. В этом случае люди также покидают сельские населённые пункты, однако чаще всего выбирают города своей области. Такой сценарий характерен для Актюбинской, Карагандинской, Мангистауской, Костанайской, Атырауской, Западно-Казахстанской, Восточно-Казахстанской и Павлодарской областей.
Наиболее показательным примером является Актюбинская область. Лишь 10% жителей, покинувших сельскую местность, переезжают в другие регионы, что является самым низким показателем внешнего оттока среди всех 17 областей. Это говорит о том, что регион способен удерживать население благодаря собственному рынку труда и экономическим возможностям.
Похожая ситуация складывается и в Карагандинской области, где только 21% сельских мигрантов покидают пределы региона.
Караганда и Темиртау остаются крупными промышленными центрами с устойчивой экономикой и широкими возможностями для трудоустройства, поэтому многие жители предпочитают переезд внутри области, а не смену региона.
Третья модель представляет собой сочетание внешней и внутренней миграции. Она характерна для Алматинской, Жамбылской областей, а также областей Жетісу, Абай и Северо-Казахстанской.
Особое место занимает Алматинская область, которая остаётся единственным регионом страны, где сельская местность демонстрирует положительное миграционное сальдо. Во многом это связано с развитием пригородов Алматы — Карасайского, Талгарского и Илийского районов.
Формально эти территории относятся к сельской местности, однако фактически давно функционируют как часть городской агломерации. Люди выбирают их благодаря близости к Алматы, наличию рабочих мест и более доступной стоимости жилья.
Особенно интересным выглядит сравнение Акмолинской и Карагандинской областей. Несмотря на близость к столичному региону, они демонстрируют разные модели миграции. Если в Акмолинской области основным центром притяжения становится Астана, то в Карагандинской области значительная часть жителей остаётся внутри региона благодаря собственным экономически сильным городам.
Именно такой подход отражён и в докладе ООН World Urbanization Prospects 2025. Для государств с территориальной структурой, подобной Казахстану, устойчивое развитие невозможно обеспечить исключительно за счёт роста крупнейших мегаполисов.
Между сельскими территориями и большими городами должны развиваться сильные промежуточные центры — малые и средние города, пригородные зоны и региональные узлы, обеспечивающие доступ к рабочим местам, образованию, медицинской помощи и другим базовым услугам.
Для Казахстана этот вывод особенно актуален. Там, где существуют развитые региональные центры, значительная часть миграционных потоков остаётся внутри области. Если же таких центров нет либо они заметно уступают мегаполисам по уровню возможностей, жители чаще выбирают Алматы, Астану или Шымкент. Поэтому развитие малых и средних городов становится одним из ключевых условий устойчивого развития сельских территорий.
*По данным Бюро национальной статистики АСПИР РК.
Похожие материалы
